Прогноз погоды


"ЗГВ: горькая дорога домой"

развернуть

3

 

Итак, Горбачев и Шеварднадзе «благословили» вхождение объединенной Германии в НАТО. Однако оставалось еще несколько крупных неразрешенных проблем.

Главенствующей, несомненно, была проблема ядерного оружия.

«На территории Западной Германии, — подчеркивал в конце 1990 года ведущий советский германист, тогда заведующий международным отделом ЦК КПСС Валентин Фалин, — сконцентрировано столько ядерного оружия, что его будет достаточно для уничтожения всего живого на планете».

Второй раз все живое на планете могли уничтожить советские ракеты, спрятанные в лесах Восточной Германии.

М. Горбачев предложил очистить от смертоносного оружия леса не только ГДР, но и ФРГ.

Телевидение ГДР. Март 1990 года.

«Вчера в Москву с трехдневным визитом прибыл председатель СДПГ (ГДР) И. Бёме, который в тот же день встретился с членом Политбюро ЦК КПСС, секретарем ЦК КПСС А. Яковлевым и советским экспертом по германскому вопросу В. Фалиным.

Другой советский специалист по Германии Н. Португалов, касаясь в интервью проблемы объединения ГДР и ФРГ, потребовал полного вывода размещенного на территории Западной Германии атомного оружия».

Вот, собственно, устами Н. Португалова и высказаны требования советского руководства.

Что по этому поводу думал сам немецкий народ? Трудно говорить за весь народ, общегерманского референдума по проблеме размещения ядерного оружия, как известно, не проводилось, но данные выборочных социологических исследований есть.

Вот тому документальные свидетельства.

Западногерманский журнал «Винер». Март 1990 года.

«По результатам опроса, проведенного институтом Виккерта, одновременно в ГДР (1507 чел.) и в ФРГ (2068 чел.) абсолютное большинство немцев (98 процентов в ГДР и 93 процента в ФРГ) убеждено, что на территории объединенной Германии не должно быть места ядерному оружию».

Однако совсем иначе виделась эта проблема из-за океана.

«Берлинер цайтунг». Июль 1990 года.

«Министр иностранных дел ГДР М. Меккель провел 14 июля с. г. в Вашингтоне переговоры с государственным секретарем США Д. Бейкером и советником Президента по вопросам национальной безопасности Скоукрофтом.

Правительство ГДР считает, — заявил М. Меккель, — что в ближайшем будущем с территории обоих немецких государств должны быть одновременно выведены ядерные средства США и СССР.

В ходе переговоров Бейкер и Скоукрофт сообщили М. Меккелю о серьезном недовольстве американской администрации некоторыми внешнеполитическими заявлениями правительства ГДР».

Судя по всему, США не собирались шутить. И слова у них не расходились с делом.

Радио «Свободный Берлин».

Октябрь 1990 года.

«Как сообщила мюнхенская газета «Абендблат», военное руководство США разработало секретный план, согласно которому дислоцированные в ФРГ американские бомбардировщики будут оснащены новыми ядерными бомбами».

Не берусь утверждать, был ли такой план, но если и был, излишне сокращать его не имело смысла. Ведь уже в декабре того же года, на сессии комитета военного планирования НАТО, немецкая делегация заявила о том, что «правительство ФРГ не возражает против дальнейшего нахождения на территории страны американских авиационных бомб в ядерном снаряжении».

Собственно, это можно считать ответом на «требование» Горбачева о полном выводе атомного оружия с территории Западной Германии. Помните, как в старой песенке В. Высоцкого: «Мы им посылаем, вы что это там? А нас посылают обратно…»

Не знаю, какие контрмеры принимали Горбачев и Шеварднадзе по дипломатическим каналам, но в Западной группе войск стали судорожно сворачивать ракетные бригады, дивизионы, вывозить ядерные боеголовки. Право же, зря беспокоились немцы, работа шла споро, без задержек, московские инспекторы подгоняли ракетчиков, невзирая на строгие инструкции, а нередко и правила безопасности. Слава Богу, все обошлось, советские боеголовки препроводили на Родину и уже 22 октября 1991 года на 4-ом заседании смешанной советско-германской комиссии было заявлено: на территории Германии советского ядерного оружия нет.

А как же «требование» руководства СССР?

Еще 11 сентября 1990 года телевидение ФРГ сообщало о том, что министр иностранных дел СССР, встретившись накануне раунда переговоров по формуле «2+4» с главами внешнеполитических ведомств США, Великобритании и Фрйнции, настаивал на полном запрете размещения ядерного оружия на территории Германии, а уже через день было дано «добро» на их размещение. Что случилось за эти сутки? Советская дипломатия одержала очередную победу?

Газета «Берлинер моргенпост».

Сентябрь 1990 года.

«Накануне подписания договора были найдены взаимоприемлемые решения по последним спорным вопросам. Что касается систем оружия, способных использоваться как в обычном, так и в ядерном снаряжении, то договор запрещает их размещение на территории Восточной Германии».

Ай, да выход! Ай, да взаимоприемлемое решение!

При чем здесь территория Восточной Германии и какое, в сущности, она имеет значение для полета современной ядерной ракеты? Если вся территория ФРГ по своей протяженности от западного поселка Зельфкант (Северный Рей-Вестфалия) до саксонской деревни Дешка на востоке составляет 640 километров, то что же говорить о ее крошечной восточной части. Такое расстояние и для обычного, сегодняшнего оружия не преграда, а не то, что для авиации, стратегических, да и тактических ракет в ядерном снаряжении.

Что и говорить, гениальный компромисс! Только он, к сожалению, ровным счетом не имеет никакого отношения к безопасности советского, а теперь и российского государства.

Сколь горько писать об этом. Пыль, пущенная в глаза собственному народу, осела, мыльные пузыри дипломатии лопнули. Всяк имеющий разум — задумается над случившимся.

Теперь, когда объединенная Германия вошла в НАТО, а на ее территории по-прежнему размещается атомное оружие, которого «достаточно для уничтожения всего живого на планете», у Горбачева остался последний козырь — крупнейшая военная группировка в мире — Группа советских войск в Германии.

Рассказывают, что в конце 1989 года на стол одному из наших ведущих «четырехзвездных» генералов попал доклад, автор которого считал: процессы, идущие в ГДР, необратимы, и пора подумать о судьбе группы войск. Генерал вызвал создателя доклада и угрюмо спросил:

— Полковник, вы знаете сколько у нас танков в Восточной Германии?

— Точную цифру затрудняюсь назвать, но, думаю, тысяч пять…

— То-то! Ты что считаешь, пятью тысячами танков мы не подопрем берлинскую стену?..

Горбачев был не столь наивен и закостенел. Он не собирался подпирать жерлами танковых орудий берлинскую стену. Первый Президент Советского Союза хотел войти в историю, как разрушитель той самой стены.

И стена пала. Однако советские войска еще располагались в Восточной Германии, как и войска НАТО в Западной.

Газета «Тагесшпигель». Май 1990 года.

«В ходе переговоров с Р. Эппельманом представители СССР выразили готовность сократить в 2 раза численность советских войск в ГДР и довести ее до 200 тыс. человек».

Представители Министерства обороны СССР, высокопоставленные генералы придерживались еще более радикальной точки зрения. Так, начальник штаба ОВС Варшавского Договора генерал армии В. Лобов однозначно считал, что «советские войска должны находиться на территории Германии до тех пор, пока там остается американская группировка».

Эксперт ЦК КПСС по военным вопросам генерал Г. Батенин также высказывался за присутствие войск Советского Союза в Германии. Их численность, предлагал он, (как и численность американских войск) должна быть определена на основе венских соглашений и результатов совещания «Хельсинки-2».

Еще один ответственный работник Центрального Комитета, германист, будущий посол России в Берлине Валентин Коптельцев, выступая в немецкой печати, заявил: «Все 4 державы-победительницы имеют в отношении Германии равные права… Нельзя допустить, чтобы американцы оказались в более предпочтительном положении, чем русские».

Верные слова, что и говорить. Но к нашему несчастью, американцы имели иное мнение. Совершенно противоположное.

Агентство «Рейтер». Март 1990 года.

«Госсекретарь США Дж. Бейкер подверг критике прогнозы, согласно которым правительство объединенной Германии могло бы обратиться к США с просьбой о выводе американских войск. Куда вероятнее, что русских попросят уйти».

Русским и вправду вскоре стали намекать, указывая на дверь. Так Председатель фракции ХДС/ХСС в бундестаге ФРГ А. Дреггер как-то заметил: «Нахождение советских войск на территории ГДР является «пережитком» и потеряло всякий смысл».

Возможно, господин А. Дреггер и был прав. Только вот не возьму в толк, если нахождение советских войск — пережиток, то нахождение американских войск — что? Ведь и те, и другие пришли сюда на правах победителей, и права эти, в соответствии с известными международными Договорами, совершенно одинаковы.

Так, может быть, прав читатель журнала «Шпигель», приславший в редакцию весьма интересное письмо-отклик на статью «Что делать с русскими?»

Вот его мнение: «Что делать с русскими? Тот же самый вопрос вы могли бы задать в отношении войск западных союзников, размещенных в ФРГ На нашей территории находятся почти 3 млн. 400 тысяч иностранных солдат, целая сеть военных объектов.

Иностранные войска у нас также располагают особыми правами, ограничивают суверенитет федеративной республики. Они наносят ущерб окружающей среде, занимают 100 тысяч квартир. Население страдает от полетов боевой авиации.

Когда политики и журналисты требуют немедленного вывода советских «оккупационных войск», одновременно настаивая на сохранении военного присутствия наших западных «друзей» вплоть до XXI века, это граничит с шизофренией».

Что ж, немецкий читатель «Шпигеля» дал исчерпывающий ответ на мой вопрос, а заодно ответил и господину А. Дреггеру.

Читаешь эти строки и, право же, становится не по себе. Кажется, что мир перевернулся вверх тормашками.

Немецкий обыватель думает так, как должен бы думать советский Президент. И кстати говоря, отстаивает свою точку зрения.

Советский же Президент, наоборот, согласен с мнением Председателя фракции ХДС/ХСС и поступает как ему советуют.

А может, все это и не так? Мир по-прежнему тот же. И Горбачев совсем не разделяет воззрения Дреггера. Но тогда почему он сам предлагает вывести Западную группу войск с территории Германии?

Подчеркиваю, сам. По существу, в одностороннем порядке.

Бытует распространенное мнение, якобы Д. Буш и Г Коль поставили М. Горбачева в такие жесткие рамки, что тому ничего не оставалось делать, как согласиться на все невыгодные, «ущербные» для нас условия.

Думаю, что это не так. А подобное мнение — миф во спасение бездарной горбачевской политики.

Мы нередко пополняем свое воображение слухами, сплетнями, некими «достоверными фактами», полученными из «серьезных» источников. Но давайте обратимся к документам. Они, к счастью, есть. Вот книга М. Горбачева «Переговоры на высшем уровне. Секретные протоколы времен моего правления».

Не знаю, была ли она издана в России, но на берлинских прилавках я ее встречал.

В июле 1990 года Коль прилетел в Москву. И вот в ходе переговоров Горбачев доверительно рассказывает своему немецкому коллеге, как он поверг в недоумение Президента США Дж. Буша.

«В разговоре с Бушем я совершенно определенно заявил, что пребывание американских войск в Европе является стабилизирующим фактором».

Буш не поверил своим ушам! Он ждал борьбы. Тяжелой, упорной. И это было вполне объяснимо. Советский Союз не за океаном, его границы в непосредственной близости к Германии. Здесь, на плечах полков и дивизий Западной группы войск, зиждется безопасность великой державы.

И вдруг советский Президент не только дает «карт бланш» на нахождение в Германии американцев, но и делает беспрецедентное заявление: войска США являются стабилизирующим фактором в Европе.

«Для Буша, — признавался Горбачев, — такое откровение явилось полной неожиданностью»… Еще бы, не каждый день приходится воочию видеть, как советский Президент запросто «сдает» интересы своей страны. Опытнейший политик, проницательный, умный руководитель страны никак не мог взять в толк. И потому, как Свидетельствует сам Горбачев, выслушав тираду «архитектора перестройки», Буш «переспросил еще раз».

Оказалось, он не ослышался. Так, по-актерски, эффектно разрешилась труднейшая проблема современности — быть или не быть американским войскам в Европе.

Как объяснил все это Горбачев? «Наша позиция, — сказал он, — изменилась после анализа реальностей в мире».

Что же это за позиция руководителя сверхдержавы, которая меняется с легкостью необыкновенной?

И что же это за «изменившиеся реальности», которые дают право жертвовать интересами страны?

Еще вчера он наотрез отказывался видеть объединенную Германию в НАТО, а сегодня с улыбкой ангела дал на это благословение…

Еще вчера горячо жаждал преобразовать Североатлантический союз из военной организации в политическую, да остановился на полпути…

Вчера неистово боролся за вывод ядерного оружия с территории ФРГ, но потом вдруг милостливо простил его присутствие под носом у собственной страны.

Но почему? Во имя чего?

«Коль получил объединение, а Горбачев — помощь, столь необходимую, чтобы выжить», — однажды с улыбкой с телеэкрана объяснил мне ведущий немецкого канала ЦДФ. И добавил: «Это и называется реалистической политикой».

Радио «Дойчландфунк».

Октябрь 1990 года.

«Как сообщил вчера в Осло представитель комитета по присуждению Нобелевской премии мира, лауреатом 1990 года станет Президент СССР М. Горбачев.

Канцлер Г. Коль и лидер немецких социал-демократов X. — Й. Фогель первыми направили телеграммы, поздравляя М. Горбачева по случаю присуждения ему Нобелевской премии».

 

Опубликовано 09.12.2012 в 19:40

Комментарии

Показать предыдущие комментарии (показано %s из %s)
Показать новые комментарии
Комментарии Facebook